# coding=utf-8 import os from datetime import datetime os.environ.setdefault("DJANGO_SETTINGS_MODULE", "task4search.settings") import django from django.apps import apps from django.conf import settings from django.core.exceptions import ImproperlyConfigured content = [ { "date": "14-03-1854", "text": """Начинаю новую тетрадь дневника, послѣ почти мѣсячнаго промежутка, во время котораго я такъ много переиспыталъ, перечувствовалъ, что мнѣ не было времени думать и еще меньше записывать. — Съ Кавказа я пріѣхалъ въ Тулу, видѣлъ тетокъ, сестру, Валерьяна и узналъ о своемъ производствѣ. Всѣ 3 брата и Перфильевы пріѣхали ко мнѣ и увезли меня въ Москву. Изъ Москвы я проѣхалъ въ Покровское, тамъ простился съ т[етушкой] П[елагеей] И[льиничной], В[алерьяномъ], съ Машей и Сережей. Эти 2 прощанья — особенно послѣднее — были одни изъ счастливѣйшихъ минутъ въ моей жизни. Оттуда поѣхалъ къ Митинькѣ, который почти по моему совѣту бросилъ Москву, — и черезъ Полтаву, Кишиневъ и т. д. 3-го дня пріѣхалъ въ Букарестъ. Я былъ счастливъ все это время! Служебное положеніе мое здѣсь неопредѣленно и я уже съ недѣлю снова сомнительно болѣнъ. — Неужели снова начнется для меня пора испытаній?! Впрочемъ я самъ виноватъ, счастіе избаловало меня: я опустился и во многомъ имѣю упрекнуть себя со дня выѣзда моего изъ Курска и до сей минуты. — Грустно убѣдиться, что я не умѣлъ переносить счастія также, какъ и не умѣлъ переносить несчастія. Нынче пойду къ командиру Дивизіи въ корпусной Штабъ, сдѣлаю кой какія покупки, погуляю, и прійду домой писать письма и обѣдать. Послѣ обѣда займусь чѣмъ нибудь и передъ вечеромъ поѣду въ баню. Вечеръ просижу дома и займусь Отрочествомъ.""", }, { "date": "15-06-1854", "text": """Ровно 3 мѣсяца промежутка. — 3 мѣсяца праздности и жизни, которой я не могу быть доволенъ. — Недѣли три я былъ у Шейдемана и жалѣю, что не остался. Съ офицерами бы я ладилъ, и съ батар[ейнымъ] команд[иромъ] умѣлъ бы устроиться. За то дурное общество и затаенная злоба отъ своего неблестящаго положенія хорошо бы подѣйствовали на меня. Я сердился бы, скучалъ, старался бы подняться морально надъ своимъ положеніемъ и сталъ бы лучше — работалъ бы. — Откомандированіе меня въ Штабъ пришло въ то самое время, когда я поссорился съ батарейнымъ командиромъ, и польстило моему тщеславію. — Болѣзнь моя, во время которой я не могъ даже вернуться на старую колею занятій и честнаго труда съ одной цѣлью добра, — доказала мнѣ, до какой степени я испортился. Чѣмъ выше я становлюсь въ общественномъ мнѣніи, тѣмъ ниже я становлюсь въ собственному Я имѣлъ нѣсколько разъ женщинъ, лгалъ, тщеславился и, что всего ужаснѣе, подъ огнемъ велъ себя не такъ, какъ надѣялся отъ самаго себя.____ Осада Силистріи снята, я еще не былъ въ дѣлѣ, положеніе мое въ кругу товарищей и начальство хорошо, несмотря на остаток б[.....] и ранки, здоровье мое порядочно и въ моральномъ отношеніи я твердо рѣшился посвятить свою жизнь пользѣ ближняго. Въ послѣдній разъ говорю себѣ: Ежели пройдетъ 3 дня, во время которыхъ я ничего не сдѣлаю для пользы людей, я убью себя. — Помоги мнѣ Господи._________ До обѣда пишу письма: Сережѣ и теткамъ, Волконской, ежели успѣю. Послѣ обѣда продолжаю записки Феерверкера. __________""", }, { "date": "23-06-1854", "text": """[Бухарест.] Во время перехода отъ Силистріи къ Маю я ѣздилъ въ Букарестъ. Я игралъ и принужденъ былъ занимать деньги. Положеніе унизительное для каждаго и для меня въ особенности. Написалъ письма: тетинькѣ, Митѣ, Некрасову и Оськѣ. — Всё еще не знаю, за что приняться, и поэтому ничего не дѣлаю. Кажется, что лучше всего работать за романомъ Р[усскаго] П[омѣщика].""", }, { "date": "24-06-1854", "text": """Съ утра сѣлъ за работу; но ничего не сдѣлалъ и радъ былъ, когда мнѣ пришолъ помѣшать Горчаковъ. Послѣ обѣда у Генер[ала] читалъ Беран[же], ѣздилъ къ Доктору, который объявилъ мнѣ, что мнѣ должно дѣлать операцію и лечиться мѣсяца полтора и болталъ до ночи съ Шубинымъ о нашемъ русскомъ рабствѣ. Правда, что рабство есть зло, но зло чрезвычайно милое. __________""", }, { "date": "29-06-1854", "text": """День ото дня откладывалъ операцію, ожидая перехода въ Букарестъ; a здѣсь откладывалъ, ожидая квартиры и Доктора. Въ Журжѣ были дѣла, въ кот[орыхъ] бы я могъ быть, ежели бы былъ здоровъ. Денегъ нѣтъ ни гроша и я долженъ. Валер[ьянъ] пишетъ въ письмѣ, кот[орое] я получилъ вчера, что ни лошадей, ни денегъ нѣтъ. — Намѣренъ лечиться серьезно. Мнѣ хочется пожить беззаботно и весело, не знаю, что выйдетъ изъ этаго желанія.""", }, { "date": "30-06-1854", "text": """Сегодня мнѣ сдѣлали операцію съ клороформомъ — я былъ малодушенъ. Ничего не дѣлалъ отъ невозможности. Есть надежда выздоровѣть. —""", }, { "date": "1-07-1854", "text": """Написалъ письмо Валерьяну и Оголину. Здоровье ни лучше, ни хуже, живу одинъ, читаю, но за работы не принимаюсь, хотя Зап[иски] Феер[веркера] сильно искушаютъ меня. ________""", }, { "date": "2-07-1854", "text": """Читалъ Gilbert и Gilberte. Здоровье все statu quo. — Зап[иски] Феер[веркера] все болѣе болѣе опредѣляются, нынче, 3-го І[юля], кажется, займусь.""", }, { "date": "3-07-1854", "text": """Цѣлый день читалъ, работа никакъ не хочетъ идти. Вечеромъ болталъ съ Пруш[инскимъ?], Олх[инымъ] и Антроп[овымъ]. Проигралъ глупо Пруш[инскому] porte-feuille Полинькинъ и несмотря на его отговорки от далъ ему. Невольно, какъ только я остаюсь одинъ и обдумываю самаго себя, я возвращаюсь къ прежней мысли — мысли объ усовершенствованіи; но главная моя ошибка — причина, по которой я не могъ спокойно идти по этой дорогѣ — та, что я усовершенствованіе смѣшивалъ съ совершенствомъ. Надо прежде понять хорошенько себя и свои недостатки и стараться исправлять ихъ, а не давать себѣ задачей — совершенство, котораго не только невозможно достигнуть съ той низкой точки, на которой я стою, но при пониманіи котораго пропадаетъ надежда на возможность достиженія. Тоже, что было со мной въ хозяйствѣ, въученьи, въ литературѣ, въ жизни. — Въ хозяйствѣ я хотѣлъ достигнуть совершенства и забывалъ, что прежде нужно было исправить несовершенства, которыхъ слишкомъ много, хотѣлъ правильнаго раздѣленія полей, когда мнѣ нечѣмъ было ихъ удабривать и сѣять. — Нужно взять себя такимъ, какимъ есть, и исправимые недостатки стараться исправить, хорошая же натура поведетъ меня къ добру безъ книжки, которая столько времени была моимъ кошмаромъ. — Я одинъ изъ тѣхъ характеровъ, которые, желая, отъискивая и готовые на все прекрасное, неспособны именно по этому къ постоянно-хорошему.""", }, { "date": "4-07-1854", "text": """Главные мои недостатки. 1) Неосновательность (подъ этимъ я разумѣю: нерѣшительность, непостоянство и непослѣдовательность. 2) Непріятный тяжелый характеръ, раздражительность, излишнее самолюбіе, тщеславіе. 3) Привычка къ праздности. — Буду стараться постоянно наблюдать за этими 3 основными пороками и записывать всякій разъ, что буду впадать въ нихъ. — Уже нынче я спорилъ съ Антропов[ымъ] о томъ, должно ли или нѣтъ ему ѣхать въ Журжу, съ раздраж[ительностью] и излишнимъ самолюбіемъ. — Я обѣдалъ дома довольно спокойно, хорошо и дешево. Бартоломей обѣщалъ было читать со мной Pictures from Italy, но бѣдняжка нашелъ, что это слышкомъ скучно, и поэтому мы сочли за лучшее болтать съ нимъ до поздняго вечера. — Онъ, кажется, добрый и съ хорошимъ направленіемъ мальчикъ; но молодъ..... Здоровье мое какъ будто лучше, но боюсь еще вѣрить. — Былъ неосноват[еленъ] съ Новережскимъ, не кончивъ дѣла о рапортѣ; раздражителенъ съ Антроповымъ и — увы — опять лѣнился, ничего не сдѣлалъ, кромѣ этой страницы дневника. Получилъ письмо отъ тетки и Митиньки, на которое завтра надо будетъ отвѣтить. (3)""", }, { "date": "5-07-1854", "text": """Читалъ во время чаю, обѣда и десерта, утро же все писалъ одно письмо тетинькѣ, которое пошлю, несмотря на то, что французскій слогъ его мнѣ очень не нравится. — Миѣ со дня на день становится труднѣе объясняться и писать по французски, надо же эту глупую манеру писать и говорить на языкѣ, который плохо знаешь! — А сколько хлопотъ, потеряннаго времени, неясности въ мысляхъ и нечистоты въ природномъ языкѣ изъ за этой манеры, а необходимо! Вечеромъ написалъ съ главу Зап[исокъ] Феерв[еркера] съ увлеченіемъ и порядочно. Олхинъ 2 раза былъ у меня, чего мнѣ совершенно ненужно записывать, потому что чудесныя выраженія глупости, которыя вырывались у него, я не запомню оттого, что запишу ихъ. — Поѣлъ фруктовъ, несмотря на поносъ, и поручилъ Олхину нанять фортепьяно, вотъ двѣ ошибки противъ основательности. Главный мой недостатокъ состоитъ въ недостаткѣ терпимости къ себѣ и другимъ. Это не правило, а мысль, которую почему не записать сюда. Она напомнить черезъ нѣсколько времени то моральное состоите, въ которомъ я находился 5-го Іюля 1854 года. (2)""", }, { "date": "6-07-1854", "text": """Цѣлый день читалъ то Лермонтова], то Гёте, то Alphonse Karr’a и не могъ приняться за дѣло. — Какъ я не говорю, что я не честолюбивъ, и сколько ни стараюсь быть искреннимъ въ этомъ, le bout de l’oreille se montre malgré moi. Мнѣ непріятно было узнать сегодня, что Осипъ Сержпут[овскій] контуженъ и о немъ донесено: Государю. Зависть.... и изъ за какой пошлости и къ какой дряни! Нынче весь день былъ день непріятныхъ воспоминаній. То воспоминаніе о долгѣ Зубкову мучало меня. (Насчетъ его я было раздумалъ переходъ въ конную артиллерію, по потомъ рѣшился, оставивъ дѣло, какъ есть, ждать до 55-го года.) То воспоминаніе о томъ, что я будто слишкомъ много позволялъ своему Генералу, мучало меня. Обдумавъ хорошенько, выходить напротивъ, что я слишкомъ много себѣ позволялъ съ нимъ. — Чтобы естественно быть гордымъ (fier) надо или быть дуракомъ (чѣмъ я не могу быть), или быть довольнымъ собою, за чѣмъ я не былъ со времени своего пріѣзда въ армію. За нынѣшній [день] 2 упрека я могу и долженъ себѣ сдѣлать: 1) непростительная цѣлый день лѣнь и слѣдствіе ея — праздность и 2) просьба къ (Олхину о фортепьяно, на что у меня нѣтъ достаточно денегъ.) (1)""", }, { "date": "7-07-1854", "text": """Скромности у меня нѣтъ! вотъ мой большой недостатокъ. — Что я такое? Одинъ изъ 4-хъ сыновей отставнаго Подполковника, оставшійся съ 7 лѣтняго возраста безъ родителей подъ опекой женщинъ и постороннихъ, не получившій ни свѣтскаго, ни ученаго образованія и вышедшій на волю 17-ти лѣтъ, безъ большого состоянія, безъ всякаго общественнаго положенія и, главное, безъ правилъ; человѣкъ, разстроившій свои дѣла до послѣдней крайности, безъ цѣли и наслажденія проведшій лучшія года своей жизни, наконецъ изгнавшій себя на Кавказъ, чтобъ бѣжать отъ долговъ и, главное, привычекъ, а оттуда, придравшись къ какимъ-то связямъ, существовавшимъ между его отцомъ и Командующимъ арміей, перешедшій въ Дунайскую армію 26 лѣтъ, прапорщикомъ, почти безъ средствъ кромѣ жалованья (потому что тѣ средства, которыя у него есть, онъ долженъ употребить на уплату оставшихся долговъ), безъ покровителей, безъ умѣнья жить въ свѣтѣ, безъ знанія службы, безъ практическихъ способностей; но — съ огромнымъ самолюбіемъ! Да, вотъ мое общественное положеніе. Посмотримъ, что такое моя личность. — Я дуренъ собой, неловокъ, нечистоплотенъ и свѣтски необразованъ. — Я раздражителенъ, скученъ для другихъ, нескроменъ, нетерпимъ (intolérant) и стыдливъ, какъ ребенокъ. — Я почти невѣжда. Что я знаю, тому я выучился кое какъ самъ, урывками, безъ связи, безъ толку и то такъ мало. — Я невоздерженъ, нерѣшителенъ, непостояненъ, глупо-тщеславенъ и пылокъ, какъ всѣ безхарактерные люди. Я не храбръ. Я неакуратенъ въ жизни и такъ лѣнивъ, что праздность сдѣлалась для меня почти неодолимой привычкой. — Я уменъ, но умъ мой еще никогда ни на чемъ не былъ основательно испытанъ. У меня нѣтъ ни ума практическаго, ни ума свѣтскаго, ни ума дѣловаго. — Я честенъ, т. е. я люблю добро, сдѣлалъ привычку любить его; и когда отклоняюсь отъ него, бываю недоволенъ собой и возвращаюсь къ нему съ удовольствіемъ; но есть вещи, который я люблю больше добра — славу. Я такъ честолюбивъ и такъ мало чувство это было удовлетворено, что часто, боюсь, я могу выбрать между славой и добродѣтелыо первую, ежели бы мнѣ пришлось выбирать изъ нихъ. ______________ Да, я не скроменъ; оттого то я гордъ въ самомъ себѣ, а стыдливъ и робокъ въ свѣтѣ. ______________ Утромъ писалъ эту страницу и читалъ Louis Philipp’a. Послѣ обѣда уже очень поздно началъ писать 3[аписки] Ф[еерверкера] и до вечера написалъ довольно много несмотря на то, что у меня были Олхинъ и Андроповъ. Послѣ ухода Андроп[ова] ю я облокотился на балконъ и глядѣлъ на свой любимый фонарь, который такъ славно свѣтитъ сквозь дерево. Притомъ же послѣ нѣсколькихъ грозовыхъ тучь, которыя проходили и мочили нынче землю, осталась одна большая, закрывавшая всю южную часть неба и какая-то пріятная легкость и влажность въ воздухѣ. Хозяйская хорошенькая дочка также, какъ я, лежала въ своемъ окнѣ, облокотившись на локти. По улицѣ прошла шарманка, и когда звуки добраго стариннаго вальса, удаляясь все больше и больше, стихли совершенно, дѣвочка до глубины души вздохнула, приподнялась и быстро отошла отъ окошка. Мнѣ стало такъ грустно — хорошо, что я невольно улыбнулся и долго еще смотрѣлъ на свой фонарь, свѣтъ котораго заслоняли иногда качаемыя вѣтромъ вѣтви дерева, на дерево, на заборъ, на небо, и все это мнѣ казалось еще лучше, чѣмъ прежде. — Я долженъ упрекнуть себя нынче въ 3-хъ неосновательностяхъ: 1) что я забылъ о фортепьянахъ, 2) не позаботился о рапортѣ перевода и 3) что я ѣлъ боршъ съ поносомъ, который все усиливается. (3)""", }, { "date": "8-07-1854", "text": """Утромъ читалъ и писалъ немного. Вечеромъ побольше, но все не только безъ увлеченія, но съ какою-то непреодолимой лѣнью. Рѣшился не брать фортепьянъ и отвѣтилъ Олхину, что у меня денегъ нѣтъ, чѣмъ онъ вѣрно обидѣлся, тѣмъ болѣе, что я подписалъ просто «весь вашъ». Открылъ я нынче еще поэтическую вещь въ Лермантовѣ и Пушкинѣ; въ первомъ Умирающій гладіаторъ. (Эта предсмертная мечта о домѣ удивительно хороша) и во второмъ Янко Марнавичь, который убилъ нечаянно своего друга. Помолившись усердно и долго въ Церкви, онъ пришелъ домой и легъ на постель. Потомъ онъ спросилъ у женѣ, не видитъ ли она чего нибудь въ окнѣ, она отвѣчала, что нѣтъ. Онъ еще разъ спросилъ, тогда жена сказала, что видитъ за рѣкой огонекъ; когда онъ въ третій разъ спросилъ, жена сказала, что видитъ — огонекъ сталъ побольше и приближается. Онъ умеръ. — Это восхитительно! А отчего? Подите объясняйте послѣ этаго поэтическое чувство. —""", }, { "date": "9-07-1854", "text": """Утро и цѣлый день провелъ, то пиша З[аписки] Ф[еерверкера], которыя, между прочимъ, кончилъ, но которыми такъ не доволенъ, что едва ли не придется передѣлать все за ново или вовсе бросить, но бросить не однѣ З[аписки] Ф[еерверкера], но бросить все литераторство; потому что ежели вещь, казавшаяся превосходною въ мысли — выходитъ ничтожна на дѣлѣ, то тотъ, который взялся за нее, не имѣетъ таланта. То читалъ Гёте, Лермонтова и Пушкина. Перваго я плохо понимаю, да и не могу, какъ ни стараюсь, перестать видѣть смѣшное (du ridicule) въ нѣмецкомъ языкѣ. Во второмъ я нашелъ начало Измаилъ-бея весьма хорошимъ. Можетъ быть это показалось мнѣ болѣе потому, что я начинаю любить Кавказъ, хотя посмертной, но сильной любовью. Дѣйствительно хорошъ этотъ край дикой, въ которомъ такъ странно и поэтически соединяются двѣ самыя противуположныя вещи — война и свобода. — Въ Пушкинѣ же меня поразили Цыгане, которыхъ, странно, я не понималъ до сихъ поръ. Девизою моего дневника должно быть «non ad probandum, sed ad narrandum».""", }, { "date": "10-07-1854", "text": """Писать не хочется, а я сказалъ уже, что принуждать себя ни къ чему не намѣренъ par parti pris. — Поэтому скажу только, что читалъ Лафонтена и Гёте, котораго начинаю день ото дню понимать лучше, и писалъ на бѣло З[аписки] Ф[еерверкера] очень мало и лѣниво, за что и дѣлаю себѣ упрекъ. (1)""", }, { "date": "11-07-1854", "text": """Перечитывалъ Героя нашего времени, читалъ Гёте и только передъ вечеромъ написалъ очень мало. Почему? Лѣнь, нерѣшительность и страсть смотрѣть свои усы и фистулы. За что и дѣлаю себѣ 2 упрека. Нынче Бабарыкину, который былъ тутъ и ѣдетъ къ Генералу, поручилъ свой рапортъ о переводѣ. Еще упрекъ за то, что посмѣялся надъ Олхинымъ при Бабарыкинѣ. (3)""", }, { "date": "11-07-1854", "text": """Утромъ Олхинъ пришелъ мнѣ объявить, что онъ ѣдетъ въ Леово, и хотѣлъ поручить своихъ лошадей и вещи, отъ чего я невольно отдѣлался, сказавъ ему, что у меня нѣтъ денегъ. — Въ самомъ дѣлѣ я опять въ самомъ затруднительномъ денежномъ положеніи: ни копейки, по крайней мѣрѣ до половины Августа, не предвидится ни откуда, исключая фуражныхъ, и долженъ Доктору. Не предвидится, я говорю, потому что нынче получилъ Современникъ и убѣжденъ, что рукописи мои сидятъ гдѣ нибудь въ таможнѣ. Это дѣло я разъясню, какъ выздоровлю. Вечеромъ я имѣлъ случай испытать воображаемость своего перерожденія къ веселой жизни. Хозяйская прехорошенькая замужняя дочь, которая безъ памяти глупо кокетничала со мной, подѣйствовала на меня — какъ я ни принуждалъ себя — какъ и в старину, т. е. я страдалъ ужасно отъ стыдливости. Нынче въ разговорѣ съ Докторомъ изчезъ глупый — и несправедливый взглядъ, который я имѣлъ на Валаховъ — взглядъ, общій всей арміи и заимствованный мной отъ дураковъ, съ которыми я до сихъ поръ водился. — Судьба этаго народа мила и печальна. Читалъ я нынче и Гёте и Лермантова драму, въ которой нашелъ много новаго, хорошаго, и Холодный домъ Дикенса. Вотъ ужъ 2-й день, что я покушаюсь сочинять стихи. Посмотримъ, что изъ этаго выйдетъ. — Упрекнуть долженъ себя нынче только за лѣнь, хотя писалъ и обдумалъ впередъ много хорошаго, но слишкомъ мало и лѣниво. (1)""", }, { "date": "12-07-1854", "text": """Съ утра чувствовалъ въ головѣ тяжесть и не могъ преодолѣть себя, чтобы заниматься. Весь день читалъ Современникъ. Эсфирь (Холодный домъ) говоритъ, что дѣтская молитва ея состояла въ обѣщаніи, которое она дала Богу 1) всегда быть трудолюбивой, 2) чистосердечной, 3) довольной и 4) стараться снискивать любовь всѣхъ окружающихъ ее. Какъ просты, какъ милы, удобоисполнимы и велики эти 4 правила. Вечеромъ позвалъ къ себѣ Антропова, чтобы взять денегъ, и спорилъ съ нимъ, т. е. присутствіе его возбуждало мои мысли. Я люблю это, хотя къ этому примѣшивается всегда непріятное и дурное чувство, что онъ не можетъ оцѣнить моихъ мыслей. Зашелъ и Шубинъ съ своимъ тщеславно униженнымъ лицомъ и взглядомъ на вещи. За что я это написалъ? Не знаю. — Упрекаю себя за лѣнь. (1)""", }, { "date": "13-07-1854", "text": """Моя молитва. «Вѣрую во единаго всемогущаго и добраго Бога, въ безсмертіе души и въ вѣчное возмездіе по дѣламъ нашимъ; желаю вѣровать въ религію отцовъ моихъ и уважаю ее». —— «Отче нашъ» и т. д. «За упокой и за спасеніе род[ителей]». «Благодарю тебя, Господи за милости Твои, за то... за то и за то. (При этомъ вспомни все, что было для тебя счастливаго.) Прошу, внуши мнѣ благія предпріятія и мысли, и дай мнѣ счастія и успѣха въ нихъ. — Помоги мнѣ исправляться отъ пороковъ моихъ; избави меня отъ болѣзней, страданій, ссоръ, долговъ и униженій. — Даруй мнѣ въ твердой вѣрѣ и надеждѣ на Тебя, въ любви къ другимъ и отъ другихъ съ спокойной совѣстью и пользой для ближняго жить и умереть. Даруй мнѣ творить добро и избѣгать зла; но будетъ со мной добро или зло, да будетъ пресвятая воля твоя! Даруй мнѣ добра, истиннаго! Г[оспо]ди помилуй! Г[оспо]ди помилуй, Г[оспо]ди помилуй! — Утро очень позднее, потому что всталъ въ 10, читалъ о Черногоріи, писалъ немного и болталъ съ товарищами, которые зашли ко мнѣ. Послѣ обѣда долженъ былъ принуждать себя, чтобы написать немного и не отчетливо. Часовъ въ 9 пріѣхалъ Бартоломей, съ нимъ я выѣхалъ въ первый разъ, былъ въ Херестреу и болталъ до 12. Могъ бы упрекнуть себя за лѣнь, но принявъ во вниманіе стараніе и болѣзнь — прощаю, но —подлость, когда я попросилъ Доктора разрѣзать мнѣ дырочку и потомъ испугался и просилъ отложить, стоитъ палокъ, плетей. (1)""", }, { "date": "14-07-1854", "text": """Утромъ, кромѣ обыкновенная чтенія Гёте и подвертывавшихся книжонокъ, написалъ Жданова, но насчетъ личности Велинчука все еще не рѣшился. — Нынче опять рѣзали мнѣ пахъ и опять я принималъ клороформъ. Впечатлѣніе было ужъ не такъ непріятно, но такъ странно — я слышалъ звонъ инструментовъ, но не слыхалъ боли. Вечеръ сидѣли у меня Новережскій, Шубинъ и Антроповъ. Получилъ письмо отъ старосты: Цвѣтковъ Терентій и 2 дворовые пойдутъ въ рекр[уты], выборъ хорошъ. Старый Башибузукъ непремѣнно хочетъ, прежде чѣмъ пустить въ ходъ мой переводъ, извѣстить о томъ Князя. Не подумать ли мнѣ о этомъ переводѣ? Можетъ быть я не переработаю свой характеръ, a сдѣлаю только одну и важную глупость изъ желанія переработать его. Есть-ли нерѣшительность капитальной недостатокъ — такой, отъ котораго нужно исправляться? Не есть ли два рода характеровъ одинаково достойные: одни рѣшительные, другіе обдуманные? Не принадлежу [ли] я къ послѣднимъ? И желаніе мое исправиться не есть ли желаніе быть тѣмъ, чѣмъ я не есмь, какъ говоритъ A[lphonse] Karr. Мнѣ кажется, что это правда. Есть недостатки болѣе положительныя (абсолютныя), какъ то лѣнь, ложь, раздражительность, эгоизмъ, которыя всегда недостатки. —————""", }, { "date": "15-07-1854", "text": """Рано нынче разбудилъ меня Докторъ, и благодаря этому случаю, я написалъ въ утро довольно много — все передѣлывалъ старое — описаніе солдатъ. — Вечеромъ тоже пописалъ немного и читалъ Verschwörung von Viesko. Я начинаю понимать драму вообще. Хотя въ этомъ я иду совершенно противуположнымъ путемъ большинству, я доволенъ этимъ какъ средствомъ, дающимъ мнѣ новое поэтическое наслажденіе. Послѣ чая зашелъ ко мнѣ Шубинъ, Тишкевичъ и Вержбицкій, который много интереснаго мнѣ прекрасно разсказывалъ про дѣло подъ Слободзеей. Я очень недоволенъ собой, первое за то, что срывалъ цѣлый день прыщи, которыми у меня покрыто лицо и тѣло и носъ, что начинаетъ мучить меня, и второе, за глупое бѣшенство, которое вдругъ напало на меня за обѣдомъ на Алешку. (2) ————————————————""", }, { "date": "16-07-1854", "text": """Съ 10 часовъ до 2 писалъ пристально и окончилъ описаніе солдатъ; за то дальше идетъ туго. Былъ вечеромъ у меня Д. Горчаковъ, и дружба, которую онъ показалъ мнѣ, произвела это славное замираніе сердца, которое производитъ во мнѣ истинное чувство и котораго я давно не испытывалъ. Потомъ заѣхалъ Бартоломей, и я вѣрно обидѣлъ его немного тѣмъ, что сказалъ, что у него дурной выговоръ. Пора мнѣ перестать водиться съ молодежью, хотя я никогда и не водился съ ней хорошенько, какъ другіе; но дѣло въ томъ, что теперь мнѣ легче и пріятнѣе быть съ стариками, чѣмъ съ очень молодыми людьми. Здоровье такъ сякъ. Забылъ записать что-то хорошее или важное — не помню. Упрекаю себя нынче только за Бартоломея. ——————""", }, { "date": "18-07-1854", "text": """Обѣдъ мой не удался: ни Горчаковъ, ни Докторъ не могли быть. Одинъ Бартоломей ѣлъ моего поросенка и восхищался Шиллеромъ. — До обѣда читалъ, послѣ обѣда читалъ и — странная вещь — заснулъ до 8 часовъ, такъ что цѣлый день ничего не сдѣлалъ. — Новережскій привезъ мнѣ 45 р., изъ кот[орыхъ] я намѣренъ дать 40 доктору, а на остальные, призанявши еще у Горчакова, ѣхать въ Бузео и тамъ ожидать Штаба и выздоровленія. — Много нынче заслужилъ я упрековъ. 1) За глупую фантазію и, главное, — неисполненную фантазію покупать лошадь у Николаева, и 2) за цѣлый день безъ дѣла. (2)""", }, { "date": "20-07-1854", "text": """Вчера утро читалъ и сбирал[ся] къ отъѣзду. Вечеромъ выѣхалъ самымъ безалабернымъ и нерѣшительнымъ образомъ съ Малышевымъ въ Мара-Домняска, гдѣ и пробылъ нынѣшній день. За эти оба дня упрекаю себя 1) за нерѣшительность при выѣздѣ, 2) за раздражительность вчера утромъ съ Алешкой и 3) немножко за лѣнь вчера. — (3)""", }, { "date": "21-07-1854", "text": """[Синешти.] Рано утромъ меня разбудили и повезли въ Синешти. Вообще недоволенъ я сегодничнымъ днемъ. — Почему-то — не отъ лѣни, а за занятіями ѣдой и палаткой, не было какъ-тο время. — Я ровно ничего не дѣлалъ, даже не читалъ. — Стою и завелъ артель съ немножко не порядочными людьми и, признаюсь, иногда жалѣю, что не въ той артели. Однако, кромѣ того, что это дастъ мнѣ время заниматься, я доволенъ и тѣмъ, что веду себя хорошо — не отталкиваю и не схожусь слишкомъ близко. Глупый старикъ опять разсердилъ меня своей манерой не кланяться. Надо будетъ дать ему шикнотку. Вчера забылъ записать удовольствіе, которое мнѣ доставилъ Шиллеръ своимъ Рудольфомъ Габсбургскимъ и нѣкоторыми мѣлкими философскими стихотвореніями. Прелестна простота, картинность и правдоподобная тихая поэзія въ первомъ. Во второмъ-же поразила меня, записалась въ душѣ, какъ говоритъ Бартоломей, мысль, что, чтобы сдѣлать что нибудь великое, нужно всѣ силы души устремить на одну точку. — Упреки 1) за невоздержность и нерѣшительность въ томъ, что я ѣлъ сыръ, и 2) праздность цѣлаго дня, особенно ежели я хоть немного не поработаю теперь. (2)""", }, { "date": "22-07-1854", "text": """Опять переходъ, несмотря на который я бы былъ доволенъ сегодничнымъ днемъ, ежели-бы не глупое требованіе Кыржановскаго, чтобы я ѣхалъ въ Леово. Я ходилъ къ нему утромъ и имѣлъ слабость и глупость не разбудить его; потомъ заснулъ, пообѣдалъ и написалъ немного. Здоровье хорошо и завтра являюсь къ обоимъ Начальникамъ и подаю оба рапорта. — Упрекъ за нерѣшительность съ Крыжанов[скимъ]. (1)""", }, { "date": "23-07-1854", "text": """Нынче съ утра ходилъ объясняться и являться къ начальству. Вышло, что Крыжановскій сказалъ, чтобы я ѣхалъ въ батарею. Тишкевичъ насплетничалъ мнѣ это, и я шелъ къ Крыж[ановскому] съ дрожащими губами. Но несмотря на всю злобу, я былъ слабъ и позволилъ замаслить это дѣло. Остальное время дня читалъ хорошенькую повѣсть Бернара и написалъ письмо Валерьяну. Меньше, чѣмъ когда, я съ дня своего выздоровленія чувствую себя способнымъ къ общежитію и равнодушно-веселому взгляду на жизнь. Подалъ другой рапортъ о переводѣ. Упрекаю себя за лѣнь. Въ цѣлый день ровно ничего не сдѣлалъ. ————— (1)""", }, { "date": "24-07-1854", "text": """[Курешти?] Утромъ Новережскій съ подтянутой мордой принесъ мнѣ назадъ мой рапортъ съ надписью Крыжановскаго. Всѣ эти мѣлкія непріятности такъ меня разстроили, что я рѣшительно цѣлый день былъ самъ не свой, лѣнивъ, апатиченъ, не въ состояніи ни за что приняться, съ людьми молчаливъ, стыдливъ до поту. Я это испыталъ у Бабарыкина, сначала съ Зыбинымъ, Фриде и Балюзекъ, а вечеромъ съ Крыжановскимъ и Сталыпинымъ. Я слишкомъ честенъ для отношеній съ этими людьми. — Странно, что только теперь я замѣтилъ одинъ изъ своихъ важныхъ недостатковъ: оскорбительную и возбуждающую въ другихъ зависть — наклонность выставлять всѣ свои преимущества. Чтобы внушить любовь къ себѣ, напротивъ, нужно скрывать все то, чѣмъ выходишь изъ общаго разряда. Поздно я понялъ это. Не буду подавать рапорта, пока не буду въ состоянии завести лошадей, и употреблю всѣ средства для этаго. Пока не буду ни съ кѣмъ имѣть другихъ отношеній, какъ по службѣ. — Упрекаю себя за лѣнь. ——— (1)""", }, { "date": "25-07-1854", "text": """Рано выступили изъ Курешти и всю дорогу я ужасно мучался, какъ физически — лицо у меня страшно горѣло и выметало, — такъ и морально. Такъ называемые аристократы возбуждаютъ во мнѣ зависть. Я неисправимо мелоченъ и завистливъ. Послѣ обѣда я зашелъ къ старику и засталъ у него кампанію Адъют[антовъ] Фельдм[аршала], въ которой мнѣ было невыносимо тяжело. Потомъ Салтыковъ, когда я 3-й разъ вспоминалъ, гдѣ мы съ нимъ видѣлись, сказалъ мнѣ, что «это было тогда, когда мы съ вами дни проводили вмѣстѣ». Это никогда не было. И это было для меня во время безсонной ночи, которую я проводилъ нынче, однимъ изъ тѣхъ воспоминаній, при кот[орыхъ] вскрикиваешь. Вечеромъ съ Ферзеномъ я зашелъ къ нимъ и, не говоря уже про Сухтелена, котораго я долженъ былъ заставить поклониться мнѣ, веселый Корсаковъ, который славно поетъ цыганскія пѣсни, навелъ на меня ужасную тоску и зависть. Въ заключеніи всего, я даже съ Тышкевичемъ такъ жолчно заспорилъ о какой-то глупости, что оскорбилъ его. Какой это ничтожный человѣкъ! подумали бы тѣ, кот[орые] прочли бы эту страницу. — «Несчастный, испорченный нравъ!!» И неужели нельзя поправить его? Найдти зло, говорятъ, уже есть половина дороги къ исправленію. Сколько времени и искренно я бьюсь изъ за этаго и все тщетно. Быть всегда довольнымъ, скромнымъ и трудолюбивымъ, вотъ чудныя правила! Коли бы я могъ слѣдовать имъ! Пора бы отчаяться въ исправленіи, а я все надѣюсь, все стараюсь. Упрекаю себя 1) за лѣнь, 2) за двоякую нескромность, совершенно противуположную съ Адъ[ютантами] Ф[ельдмаршала] и съ Тышкевичемъ.""", }, { "date": "26-07-1854", "text": """[Бузео.] Опять переходъ — до Бузео. Баши-бузуки — какъ нарочно, согласились быть особенно милыми, но во мнѣ было слишкомъ много жолчи. Я дичился. И опять оскорбилъ Тышкевича. — Вообще рѣдко помню, чтобы я, во всѣхъ отношеніяхъ, былъ въ такомъ ужасномъ положеніи, какъ теперь. Болѣнъ, раздраженъ, совершенно одинокъ, — я всѣмъ съумѣлъ опротивѣть, — въ самомъ нерѣшительномъ и дурномъ служебномъ положеніи и безъ денегъ. — Нужно выйдти изъ этаго положенія. — Лечиться пристальнѣе, перетерпѣть непріятность новаго сближенія съ товарищами. Объясниться о службѣ съ Генераломъ или Крыжановскимъ и достать денегъ. Упрекаю 1) за лѣнь, 2) за нескромность съ Сухтеленомъ и съ Тышкевичемъ и 3) за необдуманность, недовольство и нерѣшительность къ исправленію своего положенія. ————————— (4)""", }, { "date": "27-07-1854", "text": """Цѣлый день пробылъ на мѣстѣ, ни съ кѣмъ не видѣлся, кромѣ Тишкевича и Адъютантовъ, которые всѣ, какъ мнѣ кажется, дичатся меня, какъ disgracié. Смѣшно! Я доволенъ своимъ днемъ, ежели бы не лѣнь и не 2 дѣвки у хозяйки, которымъ я не могъ рѣшиться слова сказать и два часа ходилъ около дома. Кое какія мысли приходили въ голову, но я чувствую, какъ память притупляется, любовь и уваженіе и довѣріе къ уму исчезаютъ и я падаю въ мірѣ идеальномъ, не подвигаясь вслѣдствіе этого — какъ бы это должно было быть — въ мірѣ практическом. Именно одна изъ мыслей, по случаю которой мнѣ пришло въ голову это разсужденіе, было то, что — снискивать любовь ближняго напрасно. У Дик[енса] стоитъ наравнѣ съ другими правилами; это не можетъ быть правиломъ основнымъ, потому что оно сложно и состоитъ изъ многихъ. — А впрочемъ, несмотря на это, оно понятнѣе, всегда памятнѣе и какъ то ближе сердцу, чѣмъ другія правила основныя, какъ быть скромнымъ, довольнымъ, чистосердечнымъ. Упрекаю себя нынче 1) за праздность; потому что нынѣшній день, сколько бы я не старался оправдать себя, одинъ изъ тѣхъ, въ которыхъ, я долженъ признаться, я ровно ничего не сдѣлалъ. — Не оставилъ по себѣ никакого слѣда, и 2) за ребяческую нерѣшительность съ дѣвками. —————— (2)""", }, { "date": "28-07-1854", "text": """Пишу въ самомъ пріятномъ веселомъ расположеніи духа, въ которомъ я провелъ весь вечеръ. Утро читалъ, объѣдался грушами и вмѣсто обѣда ѣлъ сыръ. Несмотря на кутежи у Сталыпина и Сержпутовскаго по случаю полученія наградъ, не завидовалъ, а провелъ день весело. Вечеромъ хватилъ босонож[ку] и выпилъ бокала два шампанскаго съ Шварц[емъ], Вейлеровскимъ [?] и Гембичомъ, потомъ болталъ съ Шубинымъ и съ Сашей Горчаковымъ. — Исключая праздности, днемъ своимъ очень доволенъ. (1)""", }, { "date": "29-07-1854", "text": """Исправленіе мое идетъ прекрасно. Я чувствую, какъ отношенія мои становятся пріятны и легки съ людьми всякаго рода, съ тѣхъ поръ какъ я рѣшился быть скромнымъ и убѣдился въ томъ, что казаться всегда величественнымъ и непогрѣшнымъ вовсе не есть необходимость. Я очень веселъ. И дай Богъ, какъ мнѣ кажется, — чтобы веселье это происходило отъ самаго меня; отъ желаній всѣмъ быть пріятнымъ, скромности, необидчивости и внимательности за вспышками. — Тогда бы я всегда былъ веселъ и почти всегда счастливъ. Утромъ рѣшилъ было сидѣть дома, позаниматься, но дѣло не пошло и не утерпѣлъ вечеромъ, чтобы не пойдти пошляться. Идя отъ ужина, мы съ Тишк[евичемъ] остановились у бардели и насъ накрылъ Крыжановскій, что, признаюсь, было мнѣ не совсѣмъ пріятно. Упрекаю себя за безхарактерность, что не высидѣлъ дома, и зa праздность цѣлаго дня. Это главный пунктъ. (2)""", }, { "date": "30-07-1854", "text": """[Рымник.] Сдѣлалъ верхомъ переходъ до Рымника. [[5]] Старикъ все не кланяется мнѣ. Обѣ вещи эти злятъ меня. Съ встрѣчавшимися баши-бузуками велъ себя хорошо. Объяснился съ Крыжановскимъ. Онъ, не знаю зачѣмъ, совѣтуетъ мнѣ прикомандироваться къ казачьей батареѣ; совѣтъ, которому я не послѣдую. Желчно спорилъ вечеромъ съ Фриде и Бабарыкинымъ, ругалъ Сержпутовскому и ничего не сдѣлалъ, вотъ 3 упрека, которыя дѣлаю себѣ за нынѣшній день. (3)""", }, { "date": "31-07-1854", "text": """[Фокшаны.] Еще переходъ до Фокшанъ, во время котораго я ѣхалъ съ Монго. Человѣкъ пустой, но съ твердыми, хотя и ложными убѣжденіями. Генерал[у] по этому должно быть случаю, угодно было спрашивать о моемъ здоровьи. Свинья! К[о]вырялъ носъ и ничего не написалъ — вотъ 2 упрека за нын[ѣшній] день. Послѣдній упрекъ становится слишкомъ частъ, хотя походъ и можетъ служить въ немъ отчасти извиненіемъ. Отношенія мои съ товарищами становятся такъ пріятны, что мнѣ жалко бросить штабъ. Здоровье кажется (2) лучше. """, }, ] django.setup() from posts.models import Post, User, Group print(Post.objects.order_by("-pub_date")[:10]) try: author = User( username="leo", email="ln@yasnaya.polyana", password="august", first_name="Лев", last_name="Толстой", ) author.save() group = Group(title="Дневник", slug="dairy") group.save() except django.db.utils.IntegrityError: author = User.objects.get(username="leo") group = Group.objects.get(slug="dairy") for i in content: post = Post(text=i["text"], author=author, group=group) post.save() print(post.pub_date) # breakpoint() post.pub_date = datetime.strptime(i["date"], "%d-%m-%Y") post.save() print(post.id)